О патриотическом воспитании перед лицом международной агрессии
Президент США Джо Байден в телефонном разговоре пообещал Зеленскому современные системы ПВО.
То, что это произошло в телефонном разговоре, ни о чём не говорит. Рано или поздно им начнут всё это поставлять, и данный факт просто надо принять. Россия всё больше встаёт перед лицом открытой международной агрессии (пусть и холодной). В связи с чем актуален вопрос её внутренней стойкости. Того, насколько её общество способно держать удар. И в этом смысле одним из важнейших вопросов является патриотическое воспитание. Как у нас обстоит с этим дело?
Уже сейчас до 80 процентов граждан РФ согласны с необходимостью таких детских организаций, как пионерская. По их мнению, подобная организация могла бы заниматься воспитанием детей с целью, как минимум, оберегания их от вредных привычек. Но главное — воспитывать патриотизм. Оппоненты, главным образом, возражают именно против идеологической составляющей, считая её пережитком прошлого.
Точно такой же спор идёт вокруг введения системы патриотического воспитания в школах. При этом более двух третей граждан России считают участие школы в патриотическом воспитании нового поколения необходимым. Впрочем, спор о патриотизме традиционен для нашей нынешней идентичности. Ключевой вопрос в том, насколько патриотическое воспитание сегодня возможно и какими могут быть его модели.
Надо, наконец, понять, что внимание к ценности собственного народа или страны не является признаком тоталитаризма. Корни — это основа всего. Без них общество не стоит. И молодёжь воспринимает это особенно остро. Даже сейчас, в условиях их потребности быть частью глобального мира, одновременно существует запрос на сохранение идентичности. Быть особенными даже в глобализме. Молодёжь задаётся вопросами о том, кто такие современные русские XXI века? Не древние, дореволюционные или советские, а нынешние. Кто такие они сами, а не их предки.
И в этом проблема современного патриотического воспитания — оно ориентировано в прошлое. А молодёжь всегда смотрит в настоящее и будущее. Да, наследие сплачивает. Атрибуты национальной гордости актуальны и будут актуальны. Но молодёжи необходимо не только прошлое. Она живёт сейчас. Она нацелена на укоренение в современной культуре — материальной и духовной. Таково её свойство. И цель теоретической программы патриотического воспитания состоит в интеграции этих векторов.
Общество современной РФ куда более сегментировано, нежели общество СССР. Оно разделено. И дети разделены тоже: они погружены в пространства разных ценностей, в разные жизненные контексты и разные потребительские модели, ведут разный образ жизни. Зачастую даже внутри семей могут возникать непримиримые разногласия. Особенно сейчас, перед лицом международного давления, мобилизации и СВО.
При этом, в отличие от времён Союза, единой идеологии нет. А значит, и обязательной совокупности норм поведения гражданина. А у врага это есть, надо заметить. Нет внятного образа будущего. В итоге дети вне школы находятся в разных средах и насыщаются разными взглядами.
Они находятся в сложной информационной среде, что отличает их от советских детей. Они погружены в очень разделённое общество с разными точками зрения. И они не готовы воспринимать подачи молча, а настроены вести дискуссии, сверять мнения и оценки. И замыкаются, если с ними не ведут диалог.
В современной школе, как и в современном обществе, нет единства на базовом уровне — ценностного консенсуса. И вывод здесь может быть только один: наладить патриотическое воспитание эффективно в школе возможно только вместе со всем обществом в целом. Со всей страной. А сделать это можно только с появлением единой идеологии. Хотя бы сформулировав её. Потому что все разговоры о том, как учить, не имеют смысла без понимания, чему учить. И это главный вопрос, который надо решить перед лицом международной агрессии внутри нашего общества.
Читайте по теме: Стратегический терроризм: новый актор международной политики
Павел Кухмиров